Назад

Интервью Посла России в Тиране А.Р.Карпушина албанской газете «Шекулы», 2 октября 2018 года

1. Какие результаты ожидаются по итогам встречи 2 октября Президента России В.В.Путина и Президента Сербии А.Вучича?

Россия и Сербия – стратегические партнёры, связанные многовековыми узами дружбы. Наши отношения развиваются во всех без исключения областях: начиная от культуры и образования и заканчивая инвестициями и военно-техническим сотрудничеством. Предстоящий визит сербского президента в Москву призван послужить ещё большему укреплению наших всесторонних связей. Как ожидается, одной из тем переговоров двух лидеров станет реализация стратегических экономических проектов, охватывающих сферы энергетики и инфраструктуры.

Мы очень ценим приверженность Сербии своему нейтральному статусу, равно как и тот факт, что она не присоединяется к антироссийским санкциям ЕС. Такой подход Белграда является наилучшим подтверждением того, что он действительно дорожит добрыми отношениями с Россией и с уважением относится к традициям нашего искреннего сотрудничества.

 

2. Есть ли у России какие-либо планы по признанию Косово? Считаете ли вы возможным сопоставление случаев Косово и Крыма?

Российское руководство, включая Президента В.В.Путина, неоднократно подчёркивало, что все вопросы, касающиеся статуса Косово, должны быть урегулированы политическим путём – на основе диалога и в соответствии с резолюцией СБ ООН 1244, которая всё ещё остаётся в силе. Россия приветствует текущие переговоры Белграда и Приштины и готова поддержать любое взаимоприемлемое решение, которое будет достигнуто сторонами, при условии, разумеется, что их договорённости не будут угрожать миру и стабильности на Балканах.

Что касается второй части вашего вопроса, то между случаями Крыма и Косово сложно найти что-то общее. Я бы выделил три основных различия. Во-первых, Косово пошло по пути создания отдельного государства, тогда как жители Крыма приняли решение стать частью другой страны – России. Во-вторых, и это ключевой момент, независимость Косово была провозглашена решением парламента, без проведения референдума, в то время как в Крыму был организован абсолютно прозрачный плебисцит, в ходе которого более 95% проголосовавших высказались за воссоединение полуострова с Россией. И в-третьих, Косово признали уже более 100 государств мира, воссоединение же Крыма с Россией подавляющее большинство стран расценивают как нарушение международного права и, более того, как основание для применения против нашей страны санкций.

И здесь уже мы вправе задать вопрос: почему Запад запрещает крымчанам то, что позволено албанцам в Косово? Кто-то аргументирует это тем, что в Косово пролилось много крови, прежде чем была признана его независимость. Но неужели нужно было дождаться кровопролития в Крыму, чтобы получить согласие на то, что у крымского народа есть право на самоопределение? Запад, кроме этого, в своей аргументации по Косово ссылался на заключение Международного суда ООН, в котором говорится, что разрешения центральных властей страны для одностороннего объявления независимости не требуется и что международное право не содержит запретов на этот счёт.

В 2014 году Крым сделал свободный выбор, и это был истинно демократический процесс, прошедший без единого выстрела и без капли пролитой крови. Таким образом, с точки зрения международного права, в том числе Устава ООН, то, что произошло в Крыму, было абсолютно законной формой реализации права крымского народа на самоопределение. И тот, кто этого не признаёт, не признаёт основы демократии.

 

3. Почему, на ваш взгляд, кризис на Украине стал таким затяжным? Каковы препятствия, мешающие окончательному урегулированию ситуации?

Чтобы понять, почему украинский кризис затянулся и каковы препятствия для его урегулирования, необходимо возвратиться к причинам его возникновения. Как известно, острая фаза противостояния наступила после т.н. «майдана» и подготовленного его участниками вооруженного госпереворота в феврале 2014 года. Известно, что на пике конфликта на майдане, 21 февраля 2014 года, между президентом В.Ф.Януковичем и оппозицией при посредничестве министров иностранных дел Германии и Польши, а также заммининдел Франции была достигнута договоренность. Стороны условились провести конституционную реформу и затем парламентские выборы, сформировать правительство национального согласия и досрочно, в декабре 2014 года, организовать выборы президента. В качестве первого шага необходимо было разоружить боевиков от оппозиции и силы безопасности президента. В.Ф.Янукович свои обязательства выполнил: оружие нацгвардии было сдано на склад, а оппозиционные силы – нет. Уже на следующий день вооруженным путём в Киеве были захвачены все правительственные здания, и на митинге было сформировано т.н. «правительство победителей». В тот же день, когда В.Ф.Янукович ещё находился на территории Украины, неконституционным путем был назначен исполняющий обязанности президента Украины.

Усугубился кризис с началом военных действий со стороны новых властей на Украине с использованием регулярной армии против своих же граждан, несогласных с рядом решений. По сути дела, была развязана гражданская война, в результате которой погибло более 10 тысяч человек, большинство из которых мирные жители Донбасса. Надежда на скорое урегулирование конфликта появилась после принятия в феврале 2015 года минского «Комплекса мер», согласованного на саммите в «нормандском формате» с участием лидеров России, Украины, Франции и Германии, но, к сожалению, практически полностью проигнорированного Киевом.

На сегодняшний день украинскими властями не выполнено ни одного пункта – начиная от прекращения огня и возобновления социальных выплат жителям восточных районов и заканчивая проведением на Украине конституционной реформы с предоставлением ДНР и ЛНР особого статуса в рамках децентрализации.

Проблема в том, что Киев категорически отвергает саму идею равноправного диалога с народными республиками на востоке страны. В отношении их руководства и даже простых граждан продолжают использоваться такие определения, как «террористы» и «сепаратисты». Вся риторика украинских властей уже несколько лет сводится к нападкам на Россию, которая официально объявлена «страной-агрессором» и на которую возлагается вина, без преувеличения, за все проблемы Украины. Таким образом, в Киеве наотрез отказываются признавать ответственность за развязывание гражданской войны в Донбассе, где украинская армия по сей день продолжает применять силу против собственного народа.

Пока Киев не изменит свой подход и не начнёт проявлять уважение к законным правам и интересам Донецка и Луганска, ситуация не нормализуется. К сожалению, западные спонсоры украинского руководства, в первую очередь США, используют своё огромное влияние на Киев не для установления мира, а, наоборот, для усугубления ситуации в этой стране, поставляя туда, в частности, летальное вооружение. Всё это только подпитывает воинственный настрой киевского режима, мешает нормальному развитию экономики Украины и решению социальных проблем, создаёт там условия, при которых агрессивный национализм обретает всё более явные черты неонацизма.

 

4. Какое значение для России имеют Западные Балканы и Албания?

Меня в Албании часто спрашивают, действительно ли Россия заинтересована в усилении своего влияния на Балканах и выступает против евроинтеграции? Скажу сразу – Россия никогда не была против вступления в ЕС Албании или других стран-кандидатов. Что касается «влияния», то вряд ли есть хоть одна страна, которая бы не стремилась усилить свои позиции в том или ином регионе или государстве. Но хотел бы подчеркнуть, что речь при этом не идёт о каком-то негативном подтексте. Россия заинтересована в поддержании дружеских, прагматичных, взаимоуважительных и равноправных отношений со всеми государствами, включая, естественно, и Албанию.

К сожалению, мы не всегда находим здесь полное понимание. Министр иностранных дел России С.В.Лавров, отвечая на аналогичный вопрос, сказал: «Балканы – это один из регионов, который Запад почему-то рассматривает как поле провокационной деятельности России. Здесь мы наблюдаем такую же неадекватную логику, с какой Запад подходит и к постсоветскому пространству – «или с нами, или против нас». Любые нормальные связи России с балканскими странами сразу же становятся предметом тревожной озабоченности, которую озвучивают политики в духе заявлений – «Россия стремится к усилению своего влияния на Балканах». Оставим это на их совести».

Если говорить о российско-албанских связях, то у нас есть успешный опыт двустороннего сотрудничества: наша страна внесла определяющий вклад в послевоенное развитие Албании, создание её экономического, промышленного, научного и культурного потенциала, в формирование её национальной элиты. К счастью, эмоциональная связь между нашими народами сохраняется, албанцы любят русскую культуру, с удовольствием изучают русский язык и получают в нашей стране высшее образование. Уверен, что на этом фундаменте нам удастся выстроить и полноценное торгово-экономическое взаимодействие.

 

5. Планирует ли Россия инвестировать в Албанию? Какие сферы будут для вас приоритетными?

Приведу вам один пример. В апреле прошлого года в Тиране состоялась встреча сопредседателей российско-албанской Межправкомиссии по торговле, экономическому и научно-техническому сотрудничеству. Глава российской делегации приехал на эту встречу не с пустыми руками – он передал албанской стороне целый ряд конкретных предложений наших компаний по налаживанию сотрудничества и поставкам российской продукции. Эти предложения затрагивали самые разные сферы – сельское хозяйство, энергетику, транспорт, городское благоустройство, инвестиции в различные сектора албанской экономики. Была выражена заинтересованность в участии российского бизнеса в албанских тендерах и крупных проектах по геологоразведке, модернизации существующих и строительстве новых энергетических объектов и так далее.

На словах албанские коллеги тогда заверили нас в готовности к сотрудничеству. Но что мы в результате увидели? Все заверения, к сожалению, так и остались просто словами. После встречи сопредседателей албанская сторона не сделала ни одного, подчёркиваю, ни одного шага для реализации достигнутых договорённостей. Все наши предложения были положены в ящик стола и тут же забыты. В то время как в Москве итоги встречи были восприняты со всей серьёзностью, а их выполнение было взято под контроль правительством. Как видите, разница в подходах налицо.

Очевидно, таким образом, что развитие торгово-экономического сотрудничества между нашими странами станет возможным, лишь когда с албанской стороны будет проявлена необходимая политическая воля. Мы по-прежнему открыты к любому взаимодействию и надеемся, что в ближайшее время нам удастся провести очередную рабочую встречу сопредседателей МПК.