Назад

Интервью статс-секретаря, заместителя Министра иностранных дел Российской Федерации Г.Б.Карасина газете "Albanian Daily News", 1 мая 2017 г.

1. Ваше превосходительство, для меня большая честь провести с Вами интервью, особенно сейчас, когда Россия и Албания предпринимают совместные усилия, чтобы вывести двусторонние отношения на более высокий уровень. Ваши ответы помогли бы читателям газеты AND лучше разобраться в противоречивых сообщениях, касающихся выполнения Минских соглашений. Как известно, Запад заявляет, что Россия не соблюдает их, а, скорее, продолжает, как говорят, агрессивную политику по отношению к Украине. Какова официальная позиция российского правительства по этому вопросу?

В России с болью и тревогой наблюдают за продолжающимся на Украине системным кризисом. Мы искренне переживаем в связи с постигшей братский украинский народ бедой.

Причины украинских событий можно оценивать по-разному, но главная все-таки связана с тем, что на территории Украины и вокруг нее была развернута масштабная геополитическая игра, преследовавшая основную цель – поменять вектор развития крупной европейской страны и оторвать ее от естественных традиционных многовековых связей с Россией. Сопутствующей целью, которую преследуют наши западные партнеры – это даже не скрываемое, а публично провозглашенное "сдерживание" России, которая, мол, стала слишком самостоятельной и динамичной. Результаты такой политики мы и видим сегодня.

Антиконституционный государственный переворот в Киеве в феврале 2014 года последовал сразу же за подписанием согласованной с участием министров иностранных дел Германии, Франции и Польши договоренности между президентом В.Ф.Януковичем и оппозицией о путях выхода из кризиса. И дальнейшее развитие событий после захвата власти в Киеве нынешним режимом при доминировании радикал-националистов повергло украинское общество в состояние политической непредсказуемости и реальной угрозы распада государственности.

Когда в феврале 2015 года был согласован и одобрен так называемый Комплекс мер по выполнению Минских соглашений, в котором были четко сформулированы конкретные обязательства как Киева, так Донецка и Луганска, то это было воспринято в мире с воодушевлением, появлялась надежда на разрешение украинского кризиса.

Однако за прошедшие с тех пор два с лишним года, несмотря на все усилия международного сообщества, в том числе и России, Киев не только не выполнил взятых на себя обязательств, но и усугубил ситуацию, ужесточив бесчеловечную по своей сути блокаду провозглашенных Донецкой и Луганской народных республик, то есть своего же населения, проживающего на территории Донбасса.

Мы с тревогой наблюдаем за нависающей угрозой радикализации силовых действий со стороны Киева по удушению юго-восточного региона страны. В жерле гражданской войны уже погибло более десяти тысяч человек, причем большая часть из них – это жители Донецкой и Луганской областей. Неужели надо продолжать этот конфликт?

Вы правы в том, что все это происходит на фоне ведущейся против России беспардонной информационной войны, которая, правда, практически не решает ни один из кровоточащих вопросов урегулирования украинского кризиса.

Что касается позиции Москвы, то мы продолжаем настойчиво добиваться выполнения Минских договоренностей 2015 года, с тем, чтобы имеющиеся вопросы и задачи в сфере безопасности, в политической, социально-экономической, гуманитарной областях решались бы в комплексе, во взаимоувязке и по согласованию сторон конфликта, так как это и зафиксировано в согласованных документах. Каналы международного содействия для этого имеются – это и так называемый "нормандский формат" с участием Германии, Франции, России и Украины, и Контактная группа, в которой работают как представители ОБСЕ, России и Украины, так и, что самое главное – представители Донецка и Луганска. Однако для успешного продвижения по пути урегулирования необходима реальная заинтересованность в этом прежде всего властей Киева, их способность предпринимать конкретные позитивные шаги. Иначе трагедия Украины будет только усугубляться.

2. С начала кризиса на Украине произошел возврат к мышлению времен холодной войны. Считаете ли Вы, что сегодня в мире дуют ветра холодной войны, как в 1970-е годы, и получает ли кто-нибудь от этого выгоду? Ведь известно, что в прошлом лихорадочная гонка вооружений, особенно между двумя сверхдержавами, США и СССР, а также общая глобальная атмосфера являлись источником проблем.

Далеко ходить не стоит. Можем вспомнить конец 80-х – 90-е годы, когда наша страна, отказавшись от идеологических догм, предложила международному сообществу открытые и честные формы сотрудничества с целью создания новых принципов мироустройства. Что мы получили в ответ – хорошо известно.

На фоне дружеских объятий и похлопывания по плечу в нарушение принципиальных договоренностей, которые по недомыслию не были, к сожалению, зафиксированы документально, быстро пополз на восток блок НАТО. Интересы российского государства начали системно подмывать не только вовне, но и внутри нашего общества.

Напомню, что в то время никаких квалификаций складывающегося положения никто не формулировал. Сейчас же, когда Россия стала более упругой в своих внутренних и внешних делах, многие в пугающей тональности опять стали рассуждать о "ветрах холодной войны".

3. Ваше превосходительство, во время президентской кампании в США и даже после нее поговаривали, что президент Д.Трамп может смягчить позицию Вашингтона по отношению к России, согласиться на восстановление связей с Москвой. Раз уж мы проводим это интервью, поясните, какова официальная позиция Москвы относительно таких предложений?

Что касается отношений между Россией и США, от состояния которых действительно многое зависит, то мы намерены целеустремленно работать над их оздоровлением в той степени, к которой готова американская сторона. Главное при этом – отсутствие иллюзий, результативность и взаимовыгодность диалога.

4. Насколько влияют на Россию санкции ЕС, которые были продлены в прошлом декабре еще на полгода, а также санкции, введенные США? И второе: хотя по этому вопросу и декларируется единство, считаете ли Вы, что все страны-члены ЕС действительно довольны таким положением дел? Например, дипломаты из отдельных европейских стран заявляли, что считают санкции "выстрелом себе в ногу", поскольку они вызвали ответные меры, наносящие ущерб экономике стран Евросоюза.

Мы часто повторяем, что вводить санкции против России – это только тренировать ее. С учетом масштабов нашей страны, ее потенциала, а главное – национального характера, попытки нанести нам серьезный ущерб обречены на провал. И вообще, разговаривать таким языком с Россией бессмысленно.

Вы правы, что с течением времени сомнения в правомерности и действенности санкций все чаще звучат из уст как европейских, так и иных политиков. Дело не только в очевидном ущербе для самих стран ЕС (хотя и это важно), но и в очевидной атмосфере напряженности и непредсказуемости, которую эти санкции сдабривают. Однако вымаливать каких-либо послаблений мы не намерены. Так что вопрос о будущем санкций в основном лежит в сфере ответственности их инициаторов.

5. Польша и страны Балтии видят в России реальную угрозу для себя и, не щадя сил, пытаются выставить ее потенциальным агрессором. Как бы вы могли прокомментировать подобную позицию? Имеются ли у этих стран какие-либо основания для столь серьезных переживаний?

Если говорить о Польше, то приходится признать, что в этой стране искусственно подогревается недоверие к России, страх перед ней, раздуваются фобии в связи с так называемым «возрождающимся российским империализмом». Уверен, что те, кто заинтересован в нагнетании антироссийской истерии, преследуют вполне конкретную цель – сместить фокус внимания с внутренних проблем на мнимого врага, а также как-то оправдать и объяснить своему обществу наращивание военного потенциала и реализацию планов по размещению на польской территории воинских контингентов США и НАТО.

Вместе с тем я не верю, чтобы здравомыслящие люди в Польше действительно допускали, что от России исходит некая угроза. Несмотря на усилия руководства и средств массовой информации этой страны, у нас
по-прежнему много друзей среди поляков.

К сожалению, политика Вильнюса, Риги и Таллина на российском направлении давно стала заложником амбиций политических сил, пытающихся решить собственные конъюнктурные проблемы за счет формирования в своих странах образа России как враждебного государства. Поэтому всякого рода безосновательные утверждения о грозящей «российской агрессии», нагнетание военного психоза не являются чем-то удивительным.

Спекулируя на тему «изменившихся условий безопасности», Вильнюс, Рига и Таллин активно лоббируют усиление присутствия сил НАТО в Балтийском регионе на постоянной основе, настойчиво добиваются применения в отношении России максимально жестких санкционных мер даже в ущерб собственным экономическим интересам.

Такой конфронтационный подход способен лишь затормозить развитие двусторонних отношений и «свести на нет» те позитивные подвижки, которые не без труда были достигнуты ранее.

В то же время всегда готовы, разумеется, на взаимной основе, к возобновлению взаимоуважительного диалога со странами Прибалтики, с которыми Россию связывают не только общие границы, но и более чем тысячелетняя совместная история.

6. Ваше превосходительство, было бы упущением не спросить вас в этом интервью от отношениях между Россией и Албанией. Что, по вашему мнению, является главным препятствием для расширения взаимовыгодного сотрудничества между двумя странами, отношения между которыми, кстати говоря, во время правления коммунистических партий были весьма теплыми? С учетом того, что албанцы, как старшего поколения, так и молодого, с большим уважением относятся к России и русскому народу, что можно сделать для расширения контактов в формате people-to-people?

История наших отношений с Албанией наполнена взлетами и падениями. От дружбы до полного разрыва связей в 1961 г., да и в новейшее время были непростые моменты. Такого опыта нет ни у одной другой страны Балкан. Для правильного понимания этих уроков истории важно, что причины всех кризисов в российско-албанских отношениях носили, как известно, исключительно субъективный характер.

Сейчас мы вместе работаем над тем, чтобы добрые взаимные чувства уважения и дружбы между нашими двумя странами были восстановлены.